К тому времени он распределялся следующим образом: 38 млрд. долларов приходились на страны Парижского клуба, 32 млрд. — на банки, входящие в состав Лондонского клуба, 23 млрд. — на прочие кредиты. В связи с этим России необходимо было, с одной стороны, оформить свои отношения с каждой из бывших республик, с другой стороны, со всеми кредиторами СССР

А поскольку платить по внешнему долгу Россия по-прежнему не могла, это позволяло Западу требовать от нее новых уступок. [Ельцин Б.Н. «Я не скрываю трудности и хочу, чтобы народ это понимал». Российский президент отвечает на вопросы «Комсомольской правды». Подготовили: Д. Муратов, Ю. Сорокин, В. Фронин // Комсомольская правда. 1992. 27 мая. ]Неудивительно поэтому, что уже 1 апреля 1993 г. Верховный Совет одобрил программу приватизации на 1992 г. в первом чтении. [Чубайс А.Б. Как мы «пробивали» нашу программу // Приватизация по-российски. С. 83–87.]

В свою очередь зарубежные банки дали России новую отсрочку платежей. [Бовт Г. В Париже вновь говорят о российских долгах // Коммерсантъ-Daily. 1992. 19 ноября; Калашникова Н. Западные банки согласились на отсрочку выплаты долга //Коммерсант-daily. 1993. 1 октября. ] А Вашингтон заявил, что «в ближайшие дни Большая Семерка объявит о крупномасштабной финансовой помощи общим объемом в 24 млрд. долл.». [Гайдар Е.Т. Дни поражений и побед. С. 170.]

В президентском окружении это заявление вызвало ликование. Парламент отреагировал на него сдержанно. И неудивительно. Обещанные деньги должны были пойти главным образом на оплату импорта и погашение внешнего долга. [Сарафанов М. Помощь, о которой так долго говорили (Беседу вел В. Кузнецов) // Российская газета. 1993. 9 апреля. 24–11 — 2,5–6 = 4,5. Из стенограммы обсуждения доклада первого вице-премьера правительства России Е. Гайдара на сессии Верховного Совета Российской Федерации 22 мая // Советская Россия 1992. 26 мая. ] А за это требовалось выполнить «20 условий» Международного валютного фонда. [Исаков В.Б. Госпереворот. Екатеринбург, 1997. С. 92.]